Вы здесь

Люди в смешных нарядах

Элиезер Юдковский

Человек летал в космос неоднократно. Но каждый раз он обнаруживал, что в других звёздных системах обитают инопланетяне, удивительно похожие на людей в смешных нарядах. Иногда их от людей отличал лишь небольшой макияж и одежда из латекса, а иногда они и вовсе оказывались обычными светлокожими европиодами.

Капитан Кирк сражается с Горном на Цестусе III

«Звездный Путь: Оригинальный сериал», «Арена», © CBS Corporation

Удивительно, что за основу разумной жизни вселенная взяла человека, и именно из него посредством небольших изменений получились все прочие инопланетные виды.

Что могло бы объяснить это поразительное явление? Конечно же, сходимость эволюции! Ведь даже несмотря на отличающиеся условия среды тысяч планет и абсолютно независимо от земных инопланетные формы жизни эволюционировали теми же путями.

Пусть вас не сбивает с толку то, что кенгуру (млекопитающее) похоже на нас гораздо меньше, чем шимпанзе (примат), а лягушка (земноводные, как и мы, четвероногие) похожа на нас меньше, чем кенгуру. Пусть вас не сбивает с толку потрясающее разнообразие насекомых, которые на эволюционном дереве находятся ещё дальше от нас, чем лягушки. Пусть вас не сбивает с толку, что у насекомых шесть ног, внешние скелеты, другая система зрения и совершенно иные сексуальные практики.

Кто-то мог бы подумать, что поистине чуждые нам виды будут отличаться от нас ещё больше, чем мы отличаемся от насекомых. Это рассуждение тоже не должно сбивать вас с толку. Чтобы у инопланетного вида развился интеллект, у него должно быть две ноги с одним коленом, соединённых с прямым торсом, и он должен ходить примерно так же, как и мы. Видите ли, любому интеллекту необходимы руки, поэтому придётся переработать для этого пару ног, а если вы не начнёте с существа с четырьмя ногами, то оно не научится бегать и ходить на двух ногах, освободив руки.

…Или, возможно, в качестве альтернативной гипотезы нам следует допустить, что использование людей в смешных нарядах — это «легкий путь».

Но главное — это не форма, а сознание. «Люди в смешных нарядах» — это устоявшийся термин в среде поклонников научной фантастики, и он относится не к прямоходящим существам с четырьмя конечностями. Если угловатое существо из чистого кристалла мыслит поразительно похоже на человека — особенно человека из англоязычной культуры конца двадцатого/начала двадцать первого века, — это «человек в смешном наряде».

Я смотрел не так много старых фильмов. Несколько лет назад, когда я смотрел «Психо» (1960), я был поражен культурной пропастью между американцами на экране и современной мне Америкой. Персонажи «Психо» в рубашках на пуговицах казались мне значительно более чуждыми, чем подавляющее большинство так называемых «чужих» на телевидении или в кинотеатре.

Чтобы описать культуру, непохожую на твою собственную, нужно уметь видеть её как особый случай, а не как норму, к которой должны стремиться все остальные культуры. Здесь может помочь изучение истории, но это лишь черные буковки на белых страничках, а не настоящий опыт. Подозреваю, что год в Китае, или в Дубае, или среди жителей племени !Кунг помог бы больше… но я никогда этого не пробовал, был занят. Иногда я задумываюсь, чего я, возможно, не вижу (не там, а здесь).

Увидеть всё человечество как особый случай может быть гораздо сложнее.

Судя по всему, в любой известной культуре люди испытывают радость, печаль, страх, отвращение, гнев и удивление. В любой известной культуре эти эмоции сопровождаются одинаковыми выражениями лиц. И в следующий раз, когда вы увидите «пришельца» или «ИИ», спорю, что когда он рассердится (а он рассердится), то продемонстрирует характерное для человека сердитое выражение лица.

Внутри наших черепов мы очень похожи друг на друга — это следствие полового воспроизводства. Внутри одного вида не может быть разных сложных адаптаций, они просто не смогут собраться. (Размножаются ли инопланетяне половым путём, как люди и многие насекомые? Или у них, как у бактерий, очень мало общего генетического материала? Формируют ли они колонии, как грибы? Применим ли для них закон психологического единства?)

Нашим предкам приходилось манипулировать только одним видом разума (подразумеваются достаточно сложные манипуляции, сложнее приручения или ловли). Только один вид разума нашим предкам приходилось моделировать достаточно подробно. И этот вид разума работал более-менее таким же образом, как и их собственный. В итоге мы эволюционировали и предсказываем поведение другого разума, представляя себя на его месте, спрашивая, что бы мы сами сделали в аналогичной ситуации. Тот, чьё поведение нужно было предсказать, не слишком отличался от предсказывающего.

«Что?» — воскликнете вы. «Я не считаю других людей такими же, как я! Иногда я печалюсь, а они сердятся! Их убеждения не похожи на мои, они во всём не похожи на меня!» Предлагаю посмотреть на это с другой стороны. Человеческий мозг с физической точки зрения чрезвычайно сложно устроен. Вы не моделируете его по нейронам или по атомам. Если бы мы встретились с физической системой, настолько же сложной, сколь и человеческий мозг, учёным потребовались бы целые жизни, чтобы разобраться в ней. Вы не понимаете, как человеческий мозг работает в общем случае, вы не можете его создать, вы не можете даже построить компьютерную модель, которая будет предсказывать другой мозг не хуже вас.

Единственная причина, почему вы можете понять что-то настолько физически сложное и плохо изученное как мозг другого человека, заключается в том, что вы подстраиваете свой мозг, чтобы имитировать чужой. Вы испытываете эмпатию (хотя, вероятно, не симпатию). Вы накладываете на собственный мозг тень чужого гнева и тень чужих убеждений. Возможно, вы не проговариваете мысленно слова «Что бы я с делал на его месте?», но ваш мозг как-то оживляет эту маленькую тень чужого сознания внутри вас. При этом он использует те же сложные механизмы, которые существуют в другом человеке, синхронизирует работу частей, которые вы не понимаете. Вы можете не злиться сами, но вы понимаете, что если бы вы злились на себя и верили, что вы безбожная мразь, то вы бы попытались себя покалечить.

Такое «суждение через эмпатию» (как я буду его называть) у людей более-менее работает.

Но что насчёт разума с иными эмоциями, которых вы никогда не чувствовали? Или который не способен испытывать те же эмоции, что и вы? Вы не сможете представить себя на его месте. Я могу попросить вас представить пришельца, который вырос во вселенной с четырьмя пространственными измерениями вместо трёх, но у вас не получится перенастроить зрительную часть своей коры головного мозга и увидеть то, что видит он. Я могу попытаться написать рассказ о пришельцах с иными эмоциями, но ни у вас, ни у меня не получится их испытать.

Представьте пришельца, который смотрит братьев Маркс и совершенно не понимает, что происходит на экране. Он даже не понимает, почему вы активно ищете чувственный опыт такого рода. Ведь он никогда не сталкивался с чем-то даже отдаленно похожим на чувство юмора. Не жалейте его — вы, в свою очередь, никогда не антлировали.

Возможно, вы спросите: что если у пришельцев есть чувство юмора, но ваши шутки недостаточно смешны? Примерно с тем же успехом можно в чужой стране говорить на своём языке очень медленно и громко в надежде, что у иностранцев непременно есть внутренний дух, который способен понять значение ваших слов — ведь оно от них неотделимо, — если у вас получится говорить достаточно громко, чтобы преодолеть неведомый барьер, мешающий понять ваш абсолютно ясный язык.

Важно учитывать, что смех может быть прекрасным и ценным, даже если он не повсеместен, даже если им обладают не все возможные разумы. Пусть он будет особой частью нашего вклада в завтра. Скорее всего, это тоже важно.

Хочется верить. Потому что я не вижу метаэтического решения, в котором бы поведенческие универсалии людей получилось расширить неограниченно, на разумы произвольной природы.

А что насчёт разума, архитектура которого эмоции вообще не предполагает? У которого нет ничего, похожего на наши эмоции? Не утруждайте себя придумыванием объяснений, почему у любого разума, достаточно мощного, чтобы создавать сложные механизмы, обязаны быть состояния, похожие на эмоции. Естественный отбор создает сложные механизмы, однако эмоций у него нет. Вот вам настоящий пришелец — оптимизационный процесс, который реально Работает Не Так Как Вы.

Прогресс в биологии после 1960-х годов в значительной степени был достигнут благодаря мораторию на очеловечивание эволюции. В академической среде шли масштабные бои по этому поводу, и я не уверен, что здравый смысл возобладал бы, если бы не появились ошеломительные экспериментальные доказательства, подкрепленные математическими выкладками. Потребовалась долгая, сложная, неравная битва, чтобы заставить людей прекратить ставить себя на место чужого. В отношении ИИ я веду такую же битву уже много лет.

Наш антропоморфизм зашит глубоко внутри нас и от него нельзя избавиться усилием воли. Нельзя просто сказать: «А теперь я перестану мыслить как человек!». Человечность — это воздух, которым мы дышим, наша бумага, на которой создаются наши наброски. Когда мы проявляем человечность, мы не думаем, что проявляем человечность.

В среде поклонников научной фантастики способность написать настоящих пришельцев давно считается признаком мастерства. (Это не должны быть непонятные пришельцы, которые ради своих загадочных целей совершают поступки, которых требует сюжет.) Одним из величайших мастеров такого рода был Джэк Вэнс. У него даже люди, если они принадлежат к другой культуре, более чужие, чем многие «пришельцы». (Если вы никогда не читали Вэнса, я рекомендую начать с «Города Кэшей».) Также упомяну «Мошку в зенице Господней» Нивена и Пурнелля.

И наоборот. Кто-то из фантастов (кажется, Орсон Скотт Кард) однажды сказал, что низшей точкой телевизионной научной фантастики стала серия «Звездного Пути», где параллельная эволюция создала пришельцев, которые не только выглядят как люди, не только говорят по-английски, но ещё и независимо записали слово в слово преамбулу к Конституции США.

Это и есть Великая Ошибка Воображения. Не думайте, что она относится только к научной фантастике или только к ИИ. Неспособность представить чужого — это неспособность увидеть самих себя. Неспособность понять, чем ты сам отличаешься от других. Кто разглядит человека, замаскированного под человека, на человеческом фоне?


Перевод: 
sepremento, Alaric
Номер в книге "Рациональность: от ИИ до зомби": 
144
Оцените перевод: 
Средняя оценка: 5 (5 votes)
  • Короткая ссылка сюда: lesswrong.ru/546