Вы здесь

Фальшивый смех

Элиезер Юдковский

Существует так называемый глумливый или подлый смех, который возникает у человека, когда он видит, как его Злейший Враг получает пинок под зад. Это может быть ожидаемым и быть вообще не смешно на самом деле, главное — чтобы Врагу при этом было больно. Похоже на юмор, только без юмора.

Если вы знаете, что ненавидит ваша аудитория, то не составляет труда добиться подобного смеха — который служит признаком одного из подвидов ужасного политического искусства.

Существуют, конечно, и хорошие образцы сатиры, да; не все политическое искусство плохо. Однако от сатиры требуется нечто большее, нежели простой удар Врагу по носу. На деле не то что сатира — даже обычный юмор требует усилий.

Представьте политическую карикатуру: здание с вывеской «Наука» и годзиллоподобного монстра с табличкой «Буш», который ломает это здание. Есть люди, которые будут смеяться и над этим — хе-хе, Буш теряет баллы, хе-хе — однако такую карикатуру можно сделать почти без усилий. На деле, это вообще первое, что пришло мне в голову в ответ на мысль «политическая карикатура о Буше и науке». Такая степень очевидности и простоты — плохой знак.

Если я хочу создать смешную политическую карикатуру, я должен приложить больше усилий. Выйти за пределы шаблонных «запасенных» мыслей. Использовать свою креативность. Изобразить Буша монстром с тентаклями, а науку — японской школьницей.

Есть множество форм искусства, которые страдают от очевидности. Однако юмор страдает больше остальных, поскольку он держится на сюрпризе — нелепом, неожиданном, абсурдном.

(Сатира добивается этого говоря вслух те мысли, которые вы не осмеливаетесь даже думать. Фальшивая же сатира повторяет мысли, которые вы уже думали.)

Вы можете сказать что предсказуемый кульминационный момент имеет слишком большую энтропию, чтобы быть смешным, по той же самой логике, которая говорит, что вы будете меньше удивлены обнаружив на градуснике 30 градусов, нежели 29.

Общий тест, который позволяет распознать ужасное политическое искусство — спросить, казалось бы данное искусство нужным, не будь оно политическим. Если кто-то пишет песню о космическом путешествии, и песня достаточно хороша, что я слушал бы ее, даже будь она о бабочках, тогда и только тогда ей можно начислить бонусные баллы за прославление великой идеи.

Так что один тест на подлый смех — спросить, была бы шутка столь же смешна, если пинок получил не Злейший Враг. Билл Гейтс однажды получил внезапно пирогом в лицо. Было бы это по-прежнему смешно (пусть даже менее смешно) если бы пирогом получил Линус Торвалдьс?

Разумеется я не предлагаю вам сидеть и весь день спрашивать, какие шутки на самом деле смешные, а над какими вам «позволено» смеяться. Как говорится, анализировать шутку все равно, что препарировать лягушку — лягушку это убивает, да и вам не особо весело.

Так зачем нужен данный пост? Разве мы уже не знаем, какие из шуток смешны?

Первое приложение: если вы обнаруживаете себя в компании людей, которые рассказывают несмешные шутки о Злейшем Враге, будет хорошей идеей смыться оттуда, пока вы не начали смеяться вместе с ними…

Другое приложение: и вы и я должны иметь право не смеяться над определенными шутками — даже шутками, нацеленными на наши любимые мишени — на основании того, что шутка слишком предсказуема, чтобы быть смешной. Мы должны быть способны это делать без того, чтобы быть обвиненными в отсутствии чувства юмора, «неспособности въехать в прикол» или защите священных коров. Если Годзилла-с-табличкой-топчущий-здание-с-табличкой не смешно для «Буша» и «Науки», то это также не смешно и для «либеральных экономистов» и «Американской национальной соревновательности» и т.д.

Наиболее едкое обвинение, которое я когда-либо слышал против Объективизма, это что хардкорные объективисты лишены чувства юмора; однако никто не может это доказать только показывая объективисту карикатуру о Годзилле «Рэнде», разрушающем здание «юмор» и требуя, чтобы человек смеялся.

Требуя, чтобы кто-либо смеялся для доказательства, что человек не принадлежит к культу — ну, как и большинство подневольного смеха, оно не особо работает. Смех, о любой вещи, должен приходить естественно. Самое большее, чего вы можете добиться — это вызвать страх и сомнения в их пути.

Если объективист, который просто просматривает странички в Интернете, натыкается на изображение Айн Рэнд в виде японской школьницы, которая читает лекцию монстру с тентаклями, и при этом даже не улыбается — это вполне может быть проблемой. Однако решить эту проблему, пытаясь смеяться нарочно, не получится.

Проблемы с юмором — знак ужасных вещей. Однако делать юмор обязательным или постоянно волноваться, достаточно ли вы смеетесь — значит усугублять и добавлять таких проблем. В таком виде это похоже на Дзен. Есть вещи, из которых вы можете сами сделать шутку, однако очень мало вещей, которые вы можете сделать, чтобы осознанно поверить что шутка смешна.

Перевод: 
Remlin
  • Короткая ссылка сюда: lesswrong.ru/104